26 декабря 2003
А. Лаврищев. Биобезопасность и биопром: новые надежды подмосковных ученых.
А. Лаврищев
Одна из объявленных целей военной акции США и их союзников в Ираке – нахождение и обезвреживание биологического оружия. Эта цель, по недавнему признанию помощника президента США по вопросам национальной безопасности Кондолизы Райс, “пока не достигнута”. Американцы давно объявили важнейшей задачей борьбы с международным терроризмом поиск и уничтожение в “странах оси зла” биологического оружия. Россия, как известно, в число таких стран не входит, и тем не менее американцам было выгодно сделать все возможное, чтобы поставить под контроль российскую микробиологическую промышленность. Это обстоятельство (по крайней мере до сегодняшнего времени к России постоянно предъявляются претензии в том, что она занимается разработкой биологического оружия) и системный кризис нашей экономики привели к тому, что наши микробиологическая наука и микробиологическая промышленность в настоящее время влачат самое жалкое существование. Некоторые решения, принятые на самом высоком уровне, поставили отечественную микробиологическую отрасль на грань полного развала и, мягко говоря, вызывают удивление. Наша страна неоднократно заявляла, что Россия сейчас не разрабатывает биологическое оружие и является приверженцем всех международных протоколов и соглашений в этой области.
Давайте говорить прямо: за годы советской власти, когда микробиология оборонного значения финансировалась в приоритетном порядке, мы добились впечатляющих результатов в области разработки новых типов биологических вооружений. Мы и сегодня обладаем значительным запасом прочности в этой области. Но даже меры безопасности в области сохранности таких биологических материалов требуют существенных финансовых затрат, не говоря уже о научных разработках в этой сфере. Аналогичная проблема складывалась в области химического оружия. Не так давно было разработано и принято Федеральное законодательство, четко регулирующее эту сферу, создано специальное агентство по химическому вооружению. И только после этого стало возможным направить в отрасль многие миллионы долларов, полученные, в том числе, и в рамках межправительственных соглашений по утилизации химического оружия.
А ведь поступить подобным образом в отношении биологических материалов сегодня абсолютно невозможно из-за отсутствия на то всяких законных оснований. Биопромом сегодня «занимаются» множество ведомств, как лебедь, рак и щука растаскивающие его жалкие остатки по своим ведомственным квартирам. Упорядочить ситуацию могло бы принятие концепции по биологической безопасности, отвечающей требованиям современной ситуации и основанного на ее положениях специального Федерального закона, определяющего, помимо прочего, единый ответственный и компетентный орган в составе российского Правительства, отвечающий за эту работу.
А ведь человек, обладающий навыками создания биологического оружия – потенциально в тысячи раз опаснее для общества, чем любой физик-ядерщик. Последнему хотя бы нужны ядерные материалы, а биологу с недобрыми намерениями достаточно собственной кухни и несложных приспособлений, чтобы в кротчайшие сроки получить пробирку, содержимое которой вполне в состоянии уничтожить население крупного города. Ведь разбитая перед электропоездом Московского метро пробирка, содержащая всего лишь один грамм спор сибирской язвы, приведет к миллионам жертв и потерям в десятки миллиардов долларов: о метрополитене можно забыть на долгие годы. А социальные последствия такой трагедии нельзя недооценивать.
Сегодня способные изготовить эту пробирку люди либо влачат жалкое, недостойное их уровня образования и квалификации существование в России, либо уходят из профессии навсегда, либо устраиваются на работу за границей. И винить их в этом нельзя, нужно прежде всего винить Российское Правительство, которое не уделяет этой проблеме абсолютно никакого внимания. Нам приходится лишь уповать на порядочность таких людей, что в наше совсем не спокойное время - довольно слабое утешение. Возьмем для примера, ситуацию в г.Оболенск, находящемся в Серпуховском районе Подмосковья. Когда-то мощный центр прикладной микробиологии сегодня выживает только за счет сдачи собственных площадей в аренду производителям фармацевтической продукции, имеющей хоть какой-то спрос на рынке. Многим, наверное, памятна история, когда по прихоти «начальства от энергетики» корпуса со смертоносными микробиологическими материалами хотели оставить без электроснабжения, разумеется, за долги нищего предприятия. Тогда рисковали гибелью половины Московской области, а учитывая близость корпусов к р.Оке – и других областей Центральной России.
И что же вы думаете: сегодня весь Центр Прикладной микробиологии находится во внешнем управлении за какие-то очередные долги! А ведь долги, из-за которых без тепла страдают в своих квартирах Оболенцы, среди которых те же самые микробиологи, составляют около ста двадцати миллионов рублей. Во столько наше государство, отказывающееся решать эту проблему, ценит жизнь и здоровье наших сограждан! А в свете последствия реализации новой редакции закона о государственных унитарных предприятиях судьба центра абсолютно не понятна даже его руководству. Из восьмитысячного населения города, где каждая семья была связана с биологическим центром на предприятии сегодня работает только восемьсот человек. Необходимы срочные решения в этой области, ведь от судьбы подобного предприятия и благополучия людей, на нем работающих, реально зависит, как вы понимаете, жизнь каждого из нас.
А чем же интересен биопром в мирной сфере для простых людей, для нас с вами? С одной стороны, все мировые державы понимают, что решение проблем продовольствия в наше время напрямую связано с биотехнологией, генной инженерией, с так называемыми генно-модифицированными продуктами. С одной стороны – Европа уже закрыла свои рынки для таких продуктов, запретив даже создание опытных площадок по их воспроизводству. Россия же наоборот свой рынок для таких продуктов недавно открыла окончательно. А ведь никому до конца неизвестны последствия долговременного употребления человеком продуктов питания, в той или иной степени полученных с помощью таких технологий. Наша страна в этом отношении стала громадным полигоном – ведь никто в магазинах и на рынках не проверяет, какого биологического происхождения продаваемые там импортные фрукты и овощи, мясо, и из какой картошки приготовлены пресловутые чипсы, которыми самозабвенно хрустят наши с вами дети.
Во всем развитом мире существует система биомониторинга, специальные лаборатории, биодетекторы, анализаторы, работающие на основе четких и недвусмысленных законов и серьезных источников финансирования такой деятельности. Будь что-то подобное в России, вот где пригодились бы разработки наших ученых! Вот где огромное поле деятельности для установления системы государственного и общественного контроля за распространением генно-модифицированных продуктов! Для всей мировой медицинской науки очевидна необходимость перехода от средств лечения болезни химическими средствами, обладающими громадными побочными эффектами, к средствам ее профилактики, укрепления собственных возможностей организма, его гармонизации. Это признают и заслуженные авторитеты современной Российской науки. Созданы передовые методики защиты окружающей среды и ее улучшения на основе биотехнологий. В России созданы и такие курсы гармонизации организма человека, с помощью которых мы в короткие сроки смогли бы на тридцать процентов сократить заболеваемость в стране.
Хороший пример эффективного использования биотехнологий в медицине – Куба. В этой стране с невысоким уровнем жизни, во многом благодаря большим достижениям в области внедрения биотехнологий, средняя ее продолжительность увеличилась с пятидесяти до семидесяти пяти лет. И нам, в России, давно необходимо понять, что специалисты в области микробиологии – это те люди, которым нужно создать все условия для работы и жизни. Иначе значительная часть этих ученых и специалистов будут уезжать на временное или постоянное жительство в Западную Европу, США.
А ведь такие «кузницы кадров» для Российского биопрома, как Пущинский научный центр РАН и его многочисленные академические институты без возрождения и реорганизации отечественного биопрома имеют только одну, незавидную перспективу: укреплять науку и промышленность зарубежных государств. И что обидно вдвойне: даже при условиях скудного финансирования ученые этих центров и их разработки ценимы во всем мире. Серьезнейшая проблема состояния российской биотехнологии, разработка и реализация концепции биобезопасности, должна стать неотложной государственной задачей, изучаться в Парламенте, учитываться в ходе грядущей административной реформы. Назрела жизненная потребность в формировании специального федерального агентства по биологическим материалам и государственной корпорации, объединяющий центры прикладной микробиологии по всей стране. Необходимо создавать и финансировать в приоритетном порядке федеральные целевые научные и производственные микробиологические программы.
Государственной политикой должно стать финансирование в полном объеме исследовательских программ таких уникальных флагманов российской науки, как Государственный научный центр прикладной микробиологии в Оболенске. Нужно на государственном уровне добиваться создания в таких научных центрах производственных баз по выпуску биотехнологической продукции на основе внедрения перспективных технологий. И в то же время необходимо дать реальную возможность работать и над фундаментальными научными исследованиями. Без этого нам не справиться ни с проблемами численности населения, не улучшить радикально здоровье наших граждан, не увеличить продолжительность жизни, не справиться с лавиной наркомании. В настоящее время, и не без моего личного участия, формируется серьезная общественная инициатива по созданию Общероссийского Общества Биотехнологов. Но только мощная государственная поддержка российских биотехнологов и микробиологической промышленности – может вырвать ее с задворок нашей прикладной науки, стать фундаментом безопасного будущего грядущих поколений.
Об авторе: Лаврищев Артем Дмитриевич, экономист, кандидат философских наук, президент общественного фонда "Живая Ока"
Источник: Подмосковье настоящее
